matsea

Он же мозжечок. Эта мысль регулярно приходит ко мне в январе, когда я начинаю готовться к зимним занятиям. Коммуникации церебеллума с корой — самые сложные (я их поэтому люблю студентам объяснять). После них — сигналы лимбической системы. И все это потому что когда-то церебеллум думал что он главный. Причем оно примерно так и было. А потом началось.

Собственно, когда-то не было даже и церебеллума. Вот у червяков. У червяков все просто: по сенсорным нейронам сигнал прибежал в нейропил (это типа червячий мозг), сенсорика поговорила с моторикой — и сигнал побежал обратно к мышцам. Лепота. Шоб мы так жили.

У рыб было все примерно так же — но все же появилась потребность не путать берега и различать верх-низ — и у рыбок для этого дела появился церебеллум — еще довольно примитивный. Когда рыбки вылезли на сушу и стали ящерами — им этот самый церебеллум очень даже понадобился — причем в весьма усложненном варианте. Потому что ящер, шастающий по джунглям и по горам, категорически не должен впилиться с разбегу в дерево или сверзиться с кручи. И церебеллум тщательно за этим следил. Так и жили — вполне себе гармонично.

А потом у них там завелась какая-то про-мышка. Никто ее особо не замечал — к ее счастью. Ей совсем не хотелось, чтобы ее заметили ящеры — так что она вылезала по ночам, пряталась в норках и держалась поближе к сородичам. Для этого ей понадобилась лимбическая система — гиппокампус, чтобы находить норки, амигдала с гиппоталамусом, чтобы любить сородичей и бояться чужих — ну и еще всякое по мелочи. Эта самая лимбическая система как-то не очень успешно общалась с церебеллумом — так что появился кортекс — кора — и взялся их мирить.

И никого бы особо не интересовала эта самая про-мышка с ее ментальными проблемами, но тут случилось такое... Собственно, что именно случилось — так никто пока и не понял. Но только ящеры повымерли и поизмельчали — а про-мышка взяла — да и расплодилась. Из нее образовались не только мышки, но также и кошки. И собаки. И еще всякие разные.

У всех у них церебеллум занимает вполне себе почетное место, как и лимбическая система — а кортекс ведет себя сравнительно скромно. У него есть всякие сенсорные и моторные области, которые принимают сигналы и в какой-то степени контролируют моторику. Но сильно с контролем не перебарщивают.

А потом появились мы. И началось. Тут вам и речь, тут вам и абстрактное мышление, тут вам и всякая математика, и узнавание лиц отдельно от узнавания прочих образов — уже нормальным нейронам и разместиться негде. И кортекс этот раскомандовался — думает, что он все может.

А на самом-то деле. Вот допустим, вы никогда не катались на велике. И мозг, то биш кортекс, говорит — садись и ехай. И что? И в канаве. Потому что тут дело тонкое — нужен церебеллум. Который будет снова и снова анализировать движения, давать обратную связь, корректировать, записывать — что твой ИИ. Только он естественный. И так вот раз за разом терпеливый церебеллум будет оттачивать и настраивать моторные цепочки. А кортекс будет делать вид, что это все он — типа он же распорядился.

И собственно, весь наш отдых — это всегда способ уйти от дурного начальства — то бишь заткнуть кортекс. Вот, допустим, мы сидим с друзьями и бухаем. Это что мы делаем. Это мы активируем амигдалу и гиппоталамус, в смысле лимбическую систему — сидя рядышком с приятными нам людьми, и наполняя с ними вместе свой желудок вкусным. А алкоголь пока что отключает кортекс. Или, допустим, мы катаемся на лыжах. Это мы по полной активируем свой цереберрум — вверх — вниз — скользко — страшно (это уже амигдала) — дерево (тут включается зрительный кортекс) — стоим (церебеллум!). Или вот некоторые любят для релакса шить или вязать — это практически полностью церебеллум — сложные заученные движения, которые идут на автомате. Или, скажем, гулять. Все гуляние — это целиком церебеллум — мы не думаем, какие движения нам нужно делать для ходьбы — типа, левая, правая, позвоночник держать, не падать — это все церебеллум. А гиппокампус (лимбическая система) не дает нам заблудиться. Некоторым, правда, дает. Ну, если мы гуляем по красивым местам, то позволяем еще и зрительному кортексу включиться — ладно уж. Или вот йога — это очень активная работа церебеллума — очень сложная и долго заучиваемая коллективная и слаженная работа групп мышц. Если после сеанса йоги идет еще и медитация — это мы сознательно отключаем кортекс — после того, как включили на полную катушку церебеллум.

В общем, граждане. Берегите и любите те части мозга, про которые вы даже и не думаете — и церебеллум, то бишь мозжечок — в особенности. Но так же и лимбическую систему. Не надо стараться думать головой. Потому что вы так и так думаете головой. Даже когда творите херню. Некоторые считают, что кортекс может бесконечно и безнаказанно командовать. Это заблуждение — и оно может быть чревато.

Много радости всем церебеллумам, гипоталамусам и амигдалам в Новом году!