matsea

Что-то сегодня утром полощется у меня перед глазами такой весьма хороший фильм, который я смотрела сто лет назад – а потому не могу вспомнить ни названия и откуда чего. Про двух довольно таки классных подростков лет пятнадцати. Место действия – Германия второй половины тридцатых. Глявный герой – жутко кравивый, обаятельный и привлекательный еврейский мальчишка. Ну, и с ним подружился барон. В смысле его одноклассник – барон. Если у тебя папа барон, то ты автоматом тоже барон от рождения. В общем этот барон — такой более стандартный нордического типа пацан. Держится он со всеми свысока, соответственно ему и скучно и некому руку подать. Ну, и вот они начинают дружить с героем фильма – а с этим пацаном просто каждому хочется подружиться – он жутко симпатичный и всем нравится. И они там те же стихи читали - и вот они бродят по красивым немецким полям и говорят про разное – про смысл жизни и про секс.

Ну, и пытаются знакомиться семьями – что не совсем просто. У еврейского героя семья жетко патриотическая, папа воевал за кайзера, и он считает себя немцем. А мама все как папа. И вот папа хвастается этому юному барону, как он видел на плацу кайзера. А сыну, естественно, дико неловко, поскольку папа барона был кайзеру представлен. Ну, а барон к своим родителем друга даже и подвести не может поздороваться – и это героя несколько выбешивает. Но барон сильно извиняется, типа ты мой единственный друг – ну и как-то они это все разруливают и продолжают дружить, держась подальше от семей.

А потом начинается трэш. Ну, это же Германия второй половины тридцатых. И в школах учителя толкают речи о величии Германии. И о чистоте нации. И ученики подхватывают. И герою-еврею, естественно, весьма некомфортно. Но с бароном они все еще дружат.

А потом происходит очередное выступление фюрера, от которого ясно, что вот сейчас все с цепи и сорвутся. И барон говорит герою, что он послушал и проникся – да, величие нации. А все прочее – ну что ж издержки. И тогда мальчишка разворачивается молча и уходит, а барон орет ему вслед, что он же не может изменить мир. Довольно сильная сцена.

А дома мальчика встречают родители, которые тоже слышали фюрера. И они говорят сыну, что он вот прям вот сейчас поедет в Америку к их родственникам – и это не обсуждается. Еврейские родители – они и есть еврейские родители. Хоть ты их немцами назови, хоть кем.

В общем, следующий кадр – через тридцать лет. Мальчик стал пожилым человеком. Он американец. По немецки он не говорит – понимает что-то, но с подросткового возраста не пользовался эти языком. Родители его остались в Германии и покончили самоубийством – папа был немецким патриотом и не видел себя без страны. А герой приезжает, наконец, в Германию — посмотреть.

И идет он в свою бывшую школу. Учителя, естественно, все новые. Но он объясняет, по английски причем, что он в этой школе учился – и ему дают типа тур. И показывают панели с именами учеников, погибших на войне. Он читает списки и ищет своих одноклассников. И там в списках на минуточку примерно все. Все, кто ему нравился и кто не нравился, все, с кем у него возникли конфликты, и с кем не возникли. В общем, все.

Нету в списках только его друга-барона. Он находит кого-то из старых учителей — спросить. И оказывается, что барон тоже погиб, но по другому. Его расстреляли за участие в покушении на фюрера.

Так что, барон чего-то все же понял. В конце концов. На то он и барон. Но поздновато.

В общем, жутко пронзительный фильм. Т.е. это он просто сейчас вспоминается так пронзительно.