А ведь будут таблички

Мемориальные. И во Львове, и в Одессе. Ну, в Киеве-то естественно. В Ленинграде в детстве нас учителя водили показывать надписи на домах, типа исторические, специально оставленные после войны: «Граждане, во время обстрела эта сторона улицы особенно опасна» — или что-то вроде этого. Не знаю, насколько точно я текст запомнила — все же полвека прошло. В Украине вроде такого не пишут — поскольку для ракеты что эта сторона улицы, что та. Но после войны в восстановленных городах повесят, надо думать, мемориальные дощечки. Типа — этот дом был разрушен российской ракетой таково-то числа, столко-то жертв — имена погибших. Восстановлен таким-то фондом, или там архитектором — или как они там сообразят. И что — и как это все детям нашим потом читать. Или после войны в Украину ни ногой? Детям тоже нет?   

На золотом крыльце сидели

Каменное крылечко мне чинят родные мичиганцы. До этого все приходили украинцы в составе дружеских делегаций из бывшего соцлагеря — новый кусок крыши класть, водостоки менять, внутри красить. А вот камень — штука серьезная — тут только хардкор. Здоровенные такие мужики, все в тату. Интересно, почему все они мне кажутся фанатами Дональда. Спрашивать не буду — по крайней мере до того, как починят.

Ну, т.е как починят — крылечко разломали — строят новое. Ступеньки из местного песчанника — и они несколько проломились. Что и неудивительно — дому сто лет на минуточку — а крылечко со времен постройки — какое было. Симпатичное. С кирпичными перилами и каменными ступеньками.

Крылечко снесли, только кирпичные перила оставили. Хорошо хоть из дому через заднюю веранду можно выйти. Площадку под крылечком зацементировали, поставили такие бетонные блоки полые — чтобы ступеньки уже на них. На меня произвело таки впечатление — это хоть дом даже если обрушится — крылечко такое будет стоять. 

Ладно думаю, буду сидеть на крылечке — у меня как раз и возраст подошел. Вставлю железные зубы, буду перемывать соседям косточки.  

В пятницу вот так вот все оставили (это вид из входной двери):

Собрались домой. А сколько еще осталость? — спрашиваю. А мы вот новые ступеньки заказали, говорят — надеемся придут к понедельнику. Ну, и в понедельник ступеньки, конечно же, не пришли. И во вторник не пришли. Теперь клянутся, что завтра. 

( Read more... )

Потрясную игрушку мы завели

Называется ифойл. Тинэйджеры мои меня уговорили. Хотела видео запостить — но у нас вышло не очень. Алекс прицепил на себя айфон в пластиковом футляре, и им снимал - типа как бодикэм — ну вода и вода — много воды — вода быстро движется. А я только приготовлюсь его заснять — а он уже и улетел.  И потом, главное — это ощущение. Полета. Никакое видео не передаст.

Официально у этой штуки статус моторной лодки. Но это никакая, конечно не лодка. Потому что это доска. С килем, с моторчиком и на электрической батарее. А в руке у тебя ремот. Ты встаешь на доску — и полетел. Балансилуешь, поднимаешься на киле над водой — и ты реально чайка. В том числе, по собственным ощущениям. По виду где-то тоже.

Я правда в рост еще не встаю — больше на коленях. От этого не менее круто — даже быстрее получается. А тинэйджеры мои рассекают в полный рост.

Иногда мне приходит в голову мысль — а чем это все кончится, если батарея или ремот выйдет из строя где-то далеко от берега. Ну, то есть ничем таким уж страшным. С виндсерфингом у меня такое случалось —  это если база мачты выскользнет из паза. С кайтом тоже такое случалось — с кайтом вообще вечно чего-нибудь случается. Ифойл, однако ж, тяжелый, зараза — и выплывать с ним будет не очень. А еще он жутко быстрый — так что ты вечно оказываешься хз где. А берег при этом оказывается где-то далеко. Но в общем, дальше Канады не унесет. Так что если вдруг я надолго изчезну — так это я наверно плыву домой из Канады.