Рождение эпоса

Торчала в книжном, пила кофе, смотрела книжки. Целая полка появилась про историю Украины. А вот про историю России ничего больше не видно – только подробная и детальная биография Путина. Что ж, мужик добился мировой славы – упырь столетия.

И книжка про войну уже появилась – написана автором бестселлеров, который про Трампа тоже много писал – ну и работал он и в РФ и в Украине. Был в Киеве в 4 утра 24го февраля и слышал первую канонаду. Очень вдохновляющая такая книжка – аж до слез пробирает. О войне зла и добра, о войне орков и воинов света.

Есть там глава про Зеленского – героя нации – военного лидера и трубадура. Есть там глава про триста спартаноцев – Мариуполь – Фермопилы. Есть там глава про русский корабль. По ходу объяснено происхождение слова х... – старославянское – от того же корня, что и хвоя и хвост – оказывается на старославянском это означает отросток. Век живи век учись. Есть там немного про русскую опозицию – в основном про Илью Понамарева.

А еще там есть про могилу Путина. Оказывается где-то в Украине у дороги находится уже могила Путина. С портретом. Кроме портрета, на могиле выбиты годы жизни: 1952-2022. А еще надпись: Иди на (старословянское написание слова отросток). А ниже: Не забудем не простим.

И вот я прочла про могилу и забеспокоилась – год-то кончается. Годы жизни 1952-2022 – так ведь можно и не успеть. Декабрь на подходе. Уж создавать эпос – так создавать эпос.

А без голодомора лучше

Вот тут недавно принялись все вспоминать голодомор – а я сразу же начала вспоминать свою бабушку. Если б не голодомор, так бабушка б не вышла за дедушку, а меня б на свете не было.

Бабушка с дедушкой оба были откуда-то из еврейских местечек под Киевом, и оба из весьма небедных семей. Ну, у дедушки в семействе правда к 17му году все было уже не очень. Старших детей учили в гимназиях, но к тому времени, как подошло время учиться дедушке, бизнес просел, семейство уселось с горя читать тору, а дедушка пошел в хэдер. А потом настали лихие времена, дедушка дернул в Петроград, отучился там на рабфаке, потом выучился на инженера, а потом его забрили в военные. Так что к началу голодомора служил он офицером в Ленинграде и о родных своих под Киевом особо не думал. Он вообще ни о ком, кроме себя особо не думал.

А бабушка как раз окончила на Украине десятилетку. И тут вдруг оказалось, что жрать нечего. Хотя так-то в семействе все работали. У семьи исходно была лесопилка, магаз и двухэтажный каменный особнячок, а в 1917 все это радостно и оптимистично отдали советской власти и стали столярами. И руки были на месте, и работа была, и прислуга даже была – и вдруг оказалось что жрать нечего. А вообще. Работай не работай. Ну вот нечего жрать.

( Read more... )