Наше все

А я тут решила задуматься об уникальности русской литературы. Ведь самое время задуматься. А то еще немножко – и станет она литературой вымершего этноса, интересной только специалистам.

Но пока что мы не дошли еще до этой точки, так что пласт конца 19го века, проходящий под кодовым названием «толстоевский» считается – и является - достаточно уникальным явлением. Ничего аналогичного в других культурах нет. Это литература эпического провала.

К примеру, взять Пьера и Наташу в начале и в конце романа. Вот начало. Он – молодой, полный надежд, блестяще образованный, умный и получивший баснословное наследство – прекрасный многообещающий молодой человек. Она – юная прелестница, покорительница сердец, великолепная певица и танцовщица, очаровательна, непостредственна, добра – и к тому же богатая наследница – девушка мечты. А вот начало их любви. Он – промотавшийся бездельник – пробовал то и это, ничему толком не обучился, растерял деньги. Она – не смогла выйти за любимого жениха, не решилась сбежать с мужиком, который ее волновал, пытается выбраться из депры – а тем временем осталась без приданного. А вот их идилия. Бардак, грязные пеленки, вечно болеющие дети, она растеряла остатки привлекательности, он проводит большую часть времени не дома, она ревнует. Ну, и в качестве вишенки на торте, там еще присутствуют сварливая свекровь и обиженная приживалка. А вот их великое достижение: они вписываются в бюджет.

Я конечно извиняюсь.

( Read more... )