Чиж в таратайке, чиж на запятках, чиж на оглобле, чиж на дуге

Границы Родины обширны. Оказывется, где-то на севере, типа через Лапландию, РФ аж с Норвегией соприкасается. С интересом читала отчет одного чувака в соц сетях о том, как он через этот перешеечек ухртрился удачно сдрапать. Ну, про границы с Грузией – это тоже песня. Другой чувак очень эмоционально рассказывал, как он пересекал там на самокате.

Обнять и плакать.

Что-то я похожее читала у Тэффи. Ну, и у Булгакова, конечно же. Тэффи благополучно сдрапала. Михаил Афанасьевич не попал на последний пароход из Крыма. Возможно нам и повезло – попади он на этот пароход, глядишь имели бы мы вместо великого мастера просто хорошего фельетониста.

А дальше будет еще интереснее. Когда все закроют. Про это в художественной литературе рассказано. Два вполне красочных описания имеются в романе Айн Рэнд «Мы Живые» - в начале романа и в конце. Сначала героиня вместе со своим возлюбленным пытается сдрапать через Балтику, заплатив за каюту на контрабандном кораблике. Их ловят патрули -естественно - а иначе о чем бы был роман. В конце же, потеряв уже своего возлюбленного, который подался с голодухи в жигало, героиня идет зимой через снежный лес — то ли в Прибалтику то ли в Финляндию — во всем белом. В буквальном смысле, а не в переносном. В переносном смысле она там, кстати, все время в белом – но это к делу не относится. Ее в этом белом лесу подстреливают погранцы – и на этом кончается роман.

( Read more... )