А почему только дрон

Какой-то дрон, типа самодельный, вроде бы украинский, прилетел в Крым на базу Черноморского флота и испортил празник. Ну да, у них там был вроде как фест. День моряка. Дрон ранил шесть челов, не смертельно, больше вроде ничего плохого не сделал. Ну да, праздник пришлось окончить.

Вообще-то, в этом событии мне непонятно ничего от слова ничего. Это что, черная метка? Ну, т.е. если Украина может вот так вот запросто  пульнуть в Крым, так чего заморачиваться с мелочью? Разъ...ать уж весь Черноморский флот тогда нах. А почему нет?

В общем, что мне непонятно. Мне непонятно, почему самодельный дрон с низкой мощностью, а не что-нибудь посерьезное, типа химарса.

Я так понимаю, с Украины ничего не летает ни в Белгород, ни в Крым просто потому что амеры просили ничего такого не посылать. А почему еще? Может по моральным каким соображениям? Ну не будем уже смешить мои тапочки. РФ ежедневно бьет по гражданскому населению Украины, по школам, по жилым домам, по чему попадет. А от Украины ожидается благородство и воздержание? И как долго?

Хотя ответ есть, конечно. Так долго, как требуют амеры. Кто платит тот заказывает музыку.

Амеры же требуют сдержанности не из собственного благородства и не из жалости к россиянам. А потому что им стремно от перспективы красной кнопки.

Но с кнопкой такое дело.

( Read more... )

Послушала я вчера Акунина

Россия как инь и янь. И настроение у меня испортилось на сутки. А может и дольше. Потому что, как и положено большому писателю, он все это выразил словами. И это оно. И я наверное была не готова к тому, чтобы это все словами выражать.

Если вкратце, что типа что же мне теперь с этим делать. С тем, что русская культура – это часть меня. ОК, правительство РФ и все что оно делает я просто ненавижу – с этим нет никаких проблем, с этим все ясно. Но что делать тем, кто считал себя частью русского мира. Т.е. чего-то, что до февраля казалось важным и ценным и не было перепачкано дерьмом и кровью. ОК, я давно уже не там, гражданин другой страны, и все у меня норм, и с языком, и с жизнью, и с бытом. Но что делать с тем, что ты считал ценным и своим. Это как шелковая бабушкина скатерть с узорной бахромой – вот она валяется в клочках, вся в дерьме и в крови, и никогда это все уже не починить и не отстирать.

У Акунина для всего этого лучше слова, конечно. И вообще, для него этот русский мир – гораздо большая часть жизни, поскольку он все ж таки русский писатель. И вообще, по сравнению с людьми, у которых рушат дом и убивают близких, это все какие-то мелочи.