После

[matsea]

Я вот вспомнила вдруг такую писательницу Веру Панову из своего советского детства – не знаю уж, помнит ли ее кто сейчас. Такая тетка вполне себе искренняя и не без таланту – в общем, на фоне доступной в те времена советской серости это был почти что луч света. Ну, и ее читали. Или скорее так, почитывали. А у нее такие вот положительные советские герои, котрые строят свою советскую положительную жизнь. Ну и тоже отрицательные герои. Которые совершают ошибки. А положительные герои их направляют. И они в принципе направляются. Правда не всегда. Но в целом все так по советски оптимистично.

И вот я вспоминаю сейчас ее прозу и это... Вот, допустим роман про послевоенную жизнь. После Великой Отечественной. Вестимо. Возвращаются фронтовики в какую-то свою советскую индустриальную тьму-таракань в какой-то советской ...опе мира, и какой-то там у них завод. И больше ничего. Поселок этот, или там городок разрушен в хлам. Женшины их там перебиваются где-то по каким-то поруразвалинам полуземлянкам либо по общагам-баракам. И они значит, начинают себе чего-то строить. Сами. Т.е. это днем они работают на этом своем заводе, который как-то уже фурычит. А отработав смену, идут строить себе дом. И никто им ничего, ни денег, ни материалов, сами пашут, друг другу как-то помогают, бабы ихние тоже с ними ломаются. Ну т.е. вот кто вот может так вот взять и построить себе домик? Я вот не построю. И один из них еще и инвалид, и дитё у него, и никого это ни с какой стороны не колышит, бейся как можешь, живи где хочешь.

И это не антисоветчина какая-то, а вполне такая позитивно-советская и утвержденная партией тетка пишет. Причем ясно, что она вполне себе в теме, пережила войну и помоталась по всем этим рабочим поселкам и тьму тараканям. И я читала это все в детстве, и оно было норм - ну да, ну строят, ну себе. А что они пропилили всю войну и пришли на пепелище - так всем пох – они ж советские люди. Они вон как хорошо справляются. А те, кто не справились сразу, уж как-нибудь справятся к концу романа. И все это читали и всем было норм - всюду. Ну да, или вернулись в Ленинград, а там голые стены, и с пола сняли весь паркет на растопку. И ты бьешься с нуля, и всем пох – потому что все вокруг советские люди, и у них такая же ...опа.

А теперь вот читаешь про Мариуполь, и там сидят живые люди среди разгрома и трупов. Потому что вся эта послевоенная советская ...опа так и въелась в кости – и ее просто необходимо было куда-то экспортировать. И все так замечательно экспортировалось – так что сидят теперь живые люди и в Мариуполе и Северодонецке, сидят в полной разрухе и по уши в дерьме, и все это какой-то бесконечный страшный сон.